Вновь в трубке щелкнуло.
– Дон, ты еще здесь?
– Да.
– Вы так запутались в собственной загадочности, что не можете ответить на вопрос простым да или нет, не напустив дополнительного тумана.
– Какой загадочности?
– Перестань, Дон.
– Мы всего лишь пытаемся убедиться, что конгресс ААЖ продолжается.
– Продолжается? А с чего ему прерываться?
– Вы, журналисты, узнаете новости последними, не так ли?
– Какие новости?
– Сегодня утром Уолтера Марча убили. В Хендриксе. До свидания, Флетчер.
ГЛАВА 3
– Привет, привет, – Флетч застегнул ремень безопасности, усевшись в кресло рядом с кареглазой девушкой со светлыми волосами. – Я живу в ладу со всеми.
– Вы не в ладу даже с расписанием, – ответила девушка. – Из-за вас вылет задержали на десять минут.
В салоне было двенадцать мест.
– Я говорил по телефону. Со старым дядюшкой. Язык у него ворочается не так шустро, как прежде.
Пилот захлопнул и застопорил дверцу.
– Я вас прощаю, – улыбнулась девушка. – Где вы так загорели?
– Я только что прибыл из Италии. Этим утром.
– Это достаточно веская причина для опоздания. Пилот завел моторы и самолет медленно покатился от здания аэропорта к началу взлетной полосы.
– Спросите меня, хорошо ли я долетел.
Им приходилось кричать, чтобы расслышать друг друга. Все три двигателя ревели, один – прямо над их головами.
– Хорошо ли вы долетели?
– Нет, – маленький самолет, трясясь, катился по бетону. – Спросите, чем мне не понравился полет.
– Почему вам не понравился полет?
– Я сидел рядом с методистским священником.
– И что? – удивилась девушка.
– Его самодовольство росло с каждым футом подъема.
Она покачала головой.
– Полет на реактивном лайнере действует на людей по-разному.
– Вот и мой дядюшка не нашел шутку забавной.
– Наверное, вы потому и опоздали, что делились ею с ним.